Три величайших фальшивомонетчика в истории нумизматики

Любой разговор о поддельных античных монетах, дело деликатное. Дилеры опасаются, что страх перед фальшивками отпугнёт потенциальных коллекционеров. Коллекционеры беспокоятся, что распространённость подделок может обесценить их монеты. На самом деле большинство античных подделок не представляют опасности для эксперта или даже для хорошо информированного новичка. В вечной войне между фальшивомонетчиком и экспертом хорошие парни всё ещё сохраняют преимущество.

Некоторые исследователи различают термины «подделка» (counterfeit) и «фальшивка» (forgery), используя первый для монет, созданных для обращения, а второй для монет, созданных для обмана коллекционеров. Подделки существуют почти столько же, сколько и сами монеты. Античные фальшивки широко обращались в мире, где мелкая монета часто была в дефиците. Такие подделки, будь то литые чеканенные или плакированные, всё равно остаются древними монетами, и многие из них сегодня вполне коллекционны. Современные подделки, напротив, обычно ничего не стоят, если только они не из драгоценного металла с некоторой стоимостью переплавки или не являются примерами работы знаменитых фальшивомонетчиков эпохи Возрождения и раннего Нового времени.

Джованни Кавино-отец ренессансных подделок

Возрождение интереса к античности в эпоху итальянского Ренессанса (примерно 1300–1500 годы) создало рынок для древних артефактов. Принцы и Папы соперничали друг с другом, стремясь собрать впечатляющие коллекции античных мраморных статуй, изделий из металла и монет. Когда спрос превышал предложение, фальшивомонетчики быстро воспользовались возможностью.

Самым известным медальером той эпохи был Джованни Кавино (ок. 1499–1570) из Падуи. Его имитации изначально не задумывались как подделки, и он был против того, чтобы их выдавали за подлинные древности. Но именно так многие из них попали в самые знаменитые коллекции Европы. Монеты Кавино чеканились из прекрасно гравированных штемпелей, часть которых сохранилась до наших дней в одном из парижских музеев. Позже производились дешёвые литые копии, известные как «падуаны» (часто каталогизируемые как «после Кавино»), которые легко отличить от оригиналов.

Некоторые из самых известных монет Кавино были «фантазиями» рисунками, которые никогда не появлялись на античных монетах. Например, его «сестерций» Отона императора, правившего всего с 15 января по 16 апреля 69 года, в «Год четырёх императоров». Отон никогда не выпускал сестерций, и отсутствие этого номинала оставляло пробел во многих коллекциях. Кавино заполнил его, скопировав дизайн редкого денария с портретом влево (на большинстве монет Отон смотрит вправо). Другая фантазия Кавино сочетает аверс Веспасиана (69–79) с очень редким реверсом «Колизей», который выпускали только его сыновья Тит (79–81) и Домициан (81–96).

Карл Вильгельм Беккер- гений и мистификатор

Самым известным фальшивомонетчиком раннего Нового времени был Карл Вильгельм Беккер (1772–1830). Он создал высококачественные, чеканенные вручную подделки около 300 различных греческих, римских и средневековых монет. Беккер родился в 1772 году и уже с 1806 года начал изготавливать фальшивые монеты и другие древности, по-видимому, как дополнение к торговле подлинными антикварными предметами. Его покупателями были богатые европейские князья, наполнявшие свои кабинеты работами Беккера.

Многие подделки Беккера были отчеканены из олова или «белого металла» (сплава олова, свинца, сурьмы и других металлов в переменных пропорциях). Но другие были перечеканены на изношенных античных монетах низкой стоимости, так что металл был подлинным. Когда это было возможно, Беккер приобретал дешёвые древние монеты, чтобы использовать их в качестве заготовок для новых творений, они уже имели правильный металл, вес и состаренный вид. Он имитировал износ, упаковывая монеты в коробку с железными опилками, прикреплённую к оси его экипажа. После изготовления Беккер отправлял свои изделия «на прогулку», помещая их в коробку с другими металлическими предметами, прикреплённую к оси кареты, так что движение тряски изнашивало свежесть недавно отчеканенных монет.

Беккер всегда настаивал на том, что его работа не была направлена на обман коллекционеров, а лишь на то, чтобы сделать великие произведения нумизматического искусства доступными для собирателей со скромными средствами. Однако записи, найденные в его дневнике после смерти, позволяют усомниться в этой версии - они содержат множество примеров, когда экземпляры продавались через третьих лиц по полной цене.

Джордж Ф. Хилл, исследовавший около 360 образцов поддельных греческих монет Беккера, писал в 1924 году: «Некоторые его работы, конечно, далеки от совершенства, но другие настолько близки к оригиналу, насколько это удавалось кому-либо из его последователей». Особого мастерства Беккер достиг в передаче шрифтов - это было важно, поскольку многие другие подделки можно было опознать именно по менее умелым надписям. Когда Беккер умер в апреле 1830 года, его семья продолжила использовать штемпели для чеканки наборов монет в дешёвом сплаве, продавая их коллекционерам и учреждениям. В какой-то момент семья продала штемпели в музей Заальфельда, а в 1911 году они были помещены в коллекцию музея Кайзера-Фридриха в Берлине. Примечательно, что сам музей использовал эти штемпели для изготовления и продажи коллекционерам наборов «монет».

В 2025 году Гессен передал коллекцию инструментов Беккера в Монетный кабинет Берлина, где они были выставлены в рамках временной экспозиции «Длинные пальцы - поддельные монеты: тёмная сторона нумизматики».

Питер Роза: американский наследник

Питер Роза (1926–1990) родился в Нью-Йорке, где прожил большую часть жизни. Он служил в береговой охране во время Второй мировой войны. После войны работал в торговом флоте и часто посещал Лондон, где начал собирать гипсовые слепки великолепных античных монет в Британском музее. Недолгое время он работал в фирме по штамповке и литью металла, но в основном был самоучкой , освоил изготовление штемпелей и металлургию по книгам и методом проб и ошибок.

В 1955 году Роза основал «Becker Manufacturing Co.», названную в честь печально известного фальшивомонетчика, и начал предлагать репродукции монет. Его первое предложение из 36 «монет» почти полностью основывалось на ранних работах Беккера. К концу 1960-х годов Роза имел в ассортименте около 568 различных реплик, а продажи достигали 200 000 штук в год клиентам из 47 стран. В 1978 году он сообщил Американской нумизматической ассоциации, что обладает штемпелями для примерно 700 изделий и продолжает их создавать вплоть до своей смерти от рака 5 октября 1990 года.

Хотя Роза черпал вдохновение и дизайны у Беккера, он не стремился сознательно обманывать своих покупателей. Как и его предшественник, он постоянно утверждал, что создаёт реплики, чтобы предоставить античное искусство коллекционерам со скромными средствами. Уэйн Сэйлз, исследователь творчества Розы, писал: «Насколько нам известно, он никогда не продавал — лично или через посредников — ни одной репродукции под видом подлинности. Все его прототипы происходили из хорошо известных музейных коллекций и рекламировались как таковые».

Однако Роза не всегда маркировал свои изделия. Ранние работы имели пометки COPY, номер Беккера по каталогу Хилла или каталожный номер Британского музея. Обилие репродукций Розы стало одной из причин принятия Закона о защите хобби 1973 года (Hobby Protection Act), который требовал наносить слово COPY «чётко и навсегда» на нумизматические репродукции. После принятия закона издательства, посвящённые хобби, перестали принимать рекламу Розы, даже несмотря на то, что его изделия были чётко обозначены как репродукции. В ответ он перестал маркировать свои изделия.

В 1978 году Роза был вынужден прекратить производство копий из-за Закона о защите хобби. Он считал, что порча его копий штамповкой слова COPY на лицевой стороне реплики была невыносимой уступкой. Вместо этого он решил попробовать продавать гипсовые слепки и односторонние серебряные на свинцовых ламинатах.

Роза был чрезвычайно энергичным и дружелюбным человеком, но легко впадал в гнев, если чувствовал себя атакованным. Его переписка с издателями, отказавшими ему в рекламных услугах, была едкой. Он презирал Американскую нумизматическую ассоциацию и не имел уважения к Профессиональной гильдии нумизматов. Тем не менее, Роза обладал шармом, которому нельзя было не восхищаться. Он был «суровым» и очень откровенным, но любил античные монеты и посвятил им всю свою жизнь. В личном письме он однажды написал: «Что бы ни случилось, я обязуюсь защищать и взращивать рост нумизматики в её чистой форме».

«Чистой формой» для Питера Розы было понимание художественной красоты классической монеты. Даже директор Американского нумизматического общества согласился в письме к Розе, что «эти прекрасные репродукции имеют образовательную ценность, представляя "искусство в миниатюре" для публики, для которой это может быть первым знакомством с художественной греческой монетой». Однако Общество не разделяло позицию Розы по отказу от маркировки копий. Многочисленные штемпели, использовавшиеся для чеканки изделий, а также некоторые из самих репродукций, хранятся в коллекции Американского нумизматического общества.

Сегодня племянник Розы, Чарльз Дойл, продолжает его дело, изготавливая репродукции античных и ранних американских монет, иногда используя формы, которые Роза изготовил на основе оттисков оригинальных монет. Все реплики Дойла несут слово COPY, как того требует закон.

Три истории- Кавино, Беккер и Роза - это не просто хроника обмана. Это три главы одной большой драмы о том, как человек пытается прикоснуться к вечности. Каждый из них, по-своему, стремился не просто обогатиться, а сделать искусство античных монет доступным - для князей и пап, для европейских коллекционеров, для американских любителей со скромным кошельком. Их мотивы спутаны, их наследие сложно и противоречиво. Сегодня их работы ценятся и изучаются, но одновременно служат напоминанием о том, что фальшивки и подделки неотъемлемая часть коллекционирования.

В конечном счёте, различие между копией и подделкой часто зависит от намерений создателя и контекста, в котором монета появляется на рынке. Один и тот же предмет может быть шедевром в одной системе координат и преступлением в другой. Кавино создавал «фантазии», потому что не мог выносить пустот в истории. Беккер имитировал износ, потому что хотел, чтобы его монеты «жили». Роза отказывался ставить клеймо COPY, потому что считал, что это уродует искусство. У каждого была своя правда.

И здесь кроется самое любопытное. Подумайте: мы с вами читаем эту статью через сотни лет после того, как Кавино вырезал свой первый штемпель. Мы знаем, что его «сестерций Отона» фальшивка, но мы всё равно его изучаем. Мы знаем, что Беккер обманул пол-Европы, но его работы хранятся в лучших музеях мира. Мы знаем, что Роза проиграл войну с законом, но его реплики до сих пор всплывают на аукционах и в частных коллекциях.

Получается, что великие фальшивомонетчики в итоге добились того же, чего добивались великие творцы: их работы пережили их самих. Они вошли в историю, пусть и с чёрного хода. Может быть, именно в этом и заключается главный парадокс нумизматики: подделка, прожившая достаточно долго, перестаёт быть подделкой. Она становится артефактом. Со своей историей, своей правдой и своим местом в музее.

И если задуматься, то монета, которую Кавино придумал, потому что её никогда не существовало, чем она хуже той, что чеканилась по приказу императора? Ведь обе они рассказывают нам об эпохе. Просто одна об империи, а другая, о человеке, который хотел стать частью империи, пусть даже обманным путём.

Важно: портал «Монетный Клуб» запрещает продажу копий и фальшивок. Лот может быть снят без уведомления, а аккаунт заблокирован согласно правилам нашего Клуба.

Изображения монеты в этой статье взято из материалов Википедии, и используются в образовательных целях.